,

Работа, долг, семья

Мне катастрофически не хватает времени. Ни на что. Постоянно приходится хвататься
за все разом. Жизнь вынуждает — семью кормить надо. Это только премьер Дмитрий Медведев может позволить себе понижать для всех прожиточный минимум, потому что, дескать, экономика с IV квартала оздоравливаться начала, инфляция замедлилась, а цены пошли на убыль или, по крайней мере, перестали расти. А я этого всего, да и вы,
думаю, тоже, отчего-то не замечаю. Но, видимо, сам виноват — слишком быстро кручусь, мало сплю, потому и не замечаю позитивных изменений, скептически настроен.

Хотя их видят другие, куда авторитетнее меня. Да что там — глыбы современности, они Владимира Владимировича даже на расстоянии вытянутой руки время от времени видят. Речь об экономисте, академике РАН и советнике президента по вопросам евразийской интеграции Сергее Глазьеве, приезжавшем тут на днях в Брянск в составе неофициальной делегации. Он не стал ни от кого скрывать, заявив честно на камеру журналисту прогубернаторского телеканала, что реально поразился подъему экономики на Брянщине. И, значит, советует остальной России брать с нас, жутко успешных, пример.

— Я очень рад подъему, который здесь наблюдается. Я не первый раз на Брянщине, и обычно мы обсуждали проблемы и трудности. Сейчас я в приятном смысле поражен высокими темпами роста, оптимизмом, уверенностью в будущем и полным пониманием условий экономического успеха. Руководство области владеет и внедряет современные технологии и в производственной сфере, и в управленческой. В регионе созданы благоприятные условия для предпринимателей. Достижения Брянской области по многим вопросам могут стать примером для всей страны, — заявил Глазьев, — потенциал роста у региона очень большой.
А с этим вообще не поспоришь. Потенциал — это вообще такая вещь (или все-таки явление?), которую трудно отрицать. Потому что трудно отрицать то, что еще не реализовано — всегда остается шанс, что сбудется. Тут Глазьева даже за преувеличение не побьешь: как говорится, попробуй, опровергни то, что предполагать только можно. Да и далеко он уже — сказал, уехал и забыл. Зато я каждое, считай, мгновенье помню, что денег на карточке с гулькин нос осталось. Сколько бы ни работал, сколько бы ни пахал. Будто бы и не «деревянными» зарплату платят (не в газете — тут так, в удовольствие), а водой, и к ней в придачу сито дают.

В итоге, я главного не успеваю. На домашние дела совсем времени не остается: ухожу из дома затемно и возвращаюсь, когда уже птицы пятые сны видят — поесть бы, полежать немного, а затем снова берусь за очередную копеечную халтуру. Между тем жена уже второй квартал просит покрывшуюся местами ржавчиной батарею подкрасить. А еще с начала года обещаю ей фотографии по стенам развесить: как сделали новогоднюю фотосессию накануне 2016-го, так все в рамочках лежит в шкафу и пылится. Муж вечно занят! А мне и самому неловко и даже противно. Но если три рта дома, да и самому кушать хочется, что прикажете делать?

Поддержка с неожиданной совсем стороны пришла — из Госдумы, прямо явственно вспомнил, как я был там полтора года назад, чаи по кабинетам разным высоким гонял. А суть вот в чем. Две грозные депутатки-коммунистки Вера Ганзя и Тамара Плетнева выразили недовольство переработкой — тем, что в последнее время приходится нередко задерживаться после шести вечера, резонно заметив, что при таком графике можно потерять здоровье. А еще не успеть покормить мужей. Глава комитета по вопросам семьи, женщин и детей товарищ Плетнева так и сказала, поддержав коллегу и язвительно бросив в сторону депутатов-мужчин:
— Правильно Вера Анатольевна подняла этот вопрос. Тем более мы женщины, нам надо прийти домой и еще мужей покормить, а вас жены дома покормят. Вы что на самом деле делаете?

За мужиков снова ответила всезнающая и все понимающая сенатор Елена Мизулина, которая попросила бывших коллег по нижней палате парламента быть «выносливыми». Прыгнув на одну ступеньку вверх — в Совет Федерации, она знает, о чем говорит. Ее нечеловеческие условия труда и их даже сравнивать не стоит. Ей как никому сложно приходится. И не только на работе. Не случайно, видимо, Мизулина выступила с еще одной замечательной во всех смыслах инициативой — штрафовать мужиков, прошу прощения, ласковые паны, мужей, за невыполнение супружеского долга. Его я и другие должны отдавать до 45 лет, минимум, раз в неделю.

«А если не уложусь в график? — грешным делом подумал я, услышав эту новость. — Всякое ведь случается. Да и чем старше становишься, тем все больше укрепляешься в мысли, что лучший секс — это сон». Но долго гадать не пришлось: оказалось, что «отклонение от графика» грозит мне штрафом. Ну, то есть, денег и так нет, а станет еще меньше. Зато детей наверняка прибавится, еще счастливее стану: средства предохранения уже точно не на что будет покупать. Осталось только дождаться разработки четкого механизма проверки того, кто и сколько раз справился за неделю. Но жена уже пообещала, что лишний раз сдавать меня не будет.

Бюджет-то семейный общий. Понимает она, что, если убудет в нем из-за моей халатности, то всем хуже будет. Ей же, пока в декрете со вторым, брать что-либо неоткуда. Хотя и расслабляться мне она тоже не советовала: женскую солидарность, сказала, никто еще не отменял. И полностью разделила умозаключение г-жи Мизулиной: «Семья — ячейка общества, а уклонение от выполнения супружеского долга — это уклонение от долга перед обществом. Если мужчина систематически не выполняет свой супружеский долг или выполняет его недобросовестно, он должен заплатить штраф. Эта мера послужит дальнейшему укреплению семьи».

Про обратную сторону Луны, точнее, семейной жизни, также упомянутой сенатором, и вовсе промолчу. Лишь скажу, что за измену она предложила сразу сажать в тюрьму. Уточнять я уже не стал, как сиделец, например, мужик, будет проходить — по групповому сговору или должен будет идти «паровозом», стоически взяв всю вину на себя. Хотя, конечно, если занудствовать дальше, то хочется выразить искреннее неудовольствие подобной несправедливостью: предполагается, в теории, что хорошо в данном случае обоим. А сажать будут одного или одну. Однако, как заметил секретарь генсовета партии власти в ответ на замечание Плетневой о переработках, кто, мол, не хочет — может сдать мандат.

Мандат в Госдуме пока никто не сдал, к слову говоря. Видимо, условия труда там все-таки пока терпимые. И мужья депутаток пообещали, кажется, не ныть. А при необходимости, говорят, и кастрюлю найти, и макароны в нее кинуть, когда вода закипит. Если совсем ничего не будет получаться, то просто пиццу заказать домой. И я тоже держусь. На волне озвученных новостей даже приободрился немного. Я не только покрасил батарею, но и рамки с фотографиями, насверлив в стенах полтора десятка дырок, развесил. Жена даже ахнула: «Ты столько меня завтраками кормил, а тут, оказывается, работы было на час от силы».
А ты, пойди, любимая, найди этот час. Депутаты и те отыскать его не могут, что уж о нас, простых и сирых, говорить. Ученые, конечно, обещают, что сутки вечно не будут состоять из 24 часов. И однажды, благодаря то ли влиянию Луны, то ли очередному предложению, такой, как Мизулина, у нас появится еще один, 25-й час. Чтобы наконец-то все начали успевать. И на отдачу супружеского долга время осталось. Вот только случится это, если на Луну надеяться, лишь через 250-280 миллионов лет. Впрочем, я готов порадоваться и за других. Так уж меня воспитали. Ведь выспаться наперед все равно не получается. Пробовал — знаю. Хотя не отказался бы еще раз…

Андрей КОВАЛЕВ, доморощенный эксперт

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.