,

Сергей Евтеев: «Воры унесли из нашей квартиры даже семейную икону и обручальное кольцо жены…»

Начало 2017-го для семьи главы Клинцовской городской администрации Сергея Евтеева не задалось. Под Новый год сломала шейку бедра престарелая и любимая теща градоначальника, проживающая на Украине. Пришлось делать все, чтобы доставить ее в Брянск для проведения сложной операции: подобная травма представляет серьезную угрозу для жизни любого пожилого человека.
А 5 января Сергей Юрьевич, находившийся с семьей в отъезде, узнал от соседки по лестничной площадке, что его квартиру на первом этаже типовой советской пятиэтажки ограбили неизвестные. Причем «вынесли» все ценное. Но самым неприятным для мэра Клинцов было узнать из январского выпуска малотиражной газеты «Брянский комсомолец» о своей якобы коррупционности, которая «вскрылась» после совершенного преступления.

Скандальное издание в публикации, скромно подписанной как «Наш корр.», безапелляционно заявило, что «в ходе проведения следственных действий в жилище градоначальника сотрудники «органов» нашли некие конверты с денежными купюрами и теперь гадают об их происхождении. Ведь это может означать либо то, что г-н Евтеев хранит деньги разложенными по конвертам, что весьма странно, либо то, что это «нераспакованные» благодарности за различного рода коррупционные услуги».
Обвинение для высокопоставленного чиновника, возглавляющего к тому же большой город, более чем серьезное — не просто черное пятно на репутации. Как минимум, чья-то хорошо продуманная информационная «утка», призванная кардинально откорректировать мэрский имидж: не секрет, что достаточно один раз заронить в людях сомнение, и чудовищный шлейф гадких подозрений потом еще долго будет тянуться.
А вдруг все это правда? И про семь миллионов рублей или даже больше, которые, как утверждает «Брянский комсомолец», похитили из дома клинцовского градоначальника. И про некие «конверты с деньгами», которые грабители почему-то не смогли или не захотели забрать. За комментариями газета «Ваше личное Дело», не привыкшая пользоваться слухами, обратилась к первоисточнику — Сергею Евтееву.

Когда мэр возмущен

— Сергей Юрьевич, когда прочитали о себе такое, особенно про то, что храните деньги в конвертах, «предназначенные для благодарностей», что испытали?
— Возмущение! Больше всего это меня возмутило. За два года работы главой Клинцовской городской администрации ни от кого не то, что денег, бутылки коньяка или водки не взял. А тут такое…
К тому же все эти лживые слухи быстро транслировали другие областные СМИ с куда большей аудиторией, чем у «Брянского комсомольца». Они ничего не утверждали, просто транслировали то, что опубликовало это непорядочное, считаю, издание.
— Да, это известный в «черном» пиаре прием — классика жанра, можно сказать. Запустить в информационное пространство через мало кем читаемый ресурс неоднозначную новость, чтобы ее наверняка подхватили другие. Если здесь именно этот случай, то на очернении Вашей персоны еще и значительно сэкономили. Размещать подобные сведения отдельно в каждом СМИ дорого и, прежде всего, небезопасно для них самих в плане последующих судебных исков о защите чести и достоинства. А за цитирование сложно привлечь.
— Наверное, Вы правы: «Брянский комсомолец» на мне и моей семье банально пропиарился. Пусть это останется на их совести. Но обидно даже не то, что все это написали и процитировали: накануне нашего с Вами разговора сыну другие дети показали в школе ссылки на разные информационные ресурсы, где появилась информация об ограблении. И там, под публикациями, различные комментарии, преимущественно, само собой, анонимные. Кто-то пишет, что я «наворовал». Но, к счастью, больше здравых комментариев: в том духе, что квартиру любого человека могут ограбить — мэрский статус ни от чего не оберегает. Были и комментарии о том, что какими же надо быть странными ворами, чтобы забрать вроде как лежавшую в одном месте большую сумму денег, но оставить разбросанные повсюду конверты с купюрами.
Дочка в Москве учится. Вчера сдала на «отлично» последний экзамен зимней сессии. Едет домой. И первое, что она видит, когда сходит с поезда и читает местные новости, — это про отца. Тоже неприятно.
…Мы вчера посидели с женой на кухне, поговорили и вместе пришли к выводу, что лживой газетенке все равно ничего не докажешь. Лучше эту ситуацию «отпустить», махнуть на нее рукой.

Странные параллели

— Правильно понимаю, что в суд о защите чести и достоинства Вы подавать не будете?
— Поначалу была такая мысль. Поймите правильно, мне по силам найти серьезных юристов, которые могут затаскать эту газету по судам. Но потом подумал, и жена согласилась со мной: зачем? Что я из них «вытащу»? Чего этим добьюсь? Еще большего бесплатного пиара для скандального и бессовестного издания дам? И вдобавок они еще раз все переврут. Не будет им такого подарка.
Несколько тысяч рублей в счет возмещения причиненного морального вреда у них отсужу? Больше сил и времени уйдет. Я бы все равно эти деньги пустил на благотворительные или социальные нужды. Так и сделаю, но без всей этой шумихи.
Не вижу в этой статье в «Комсомольце» ничего, кроме «черного» пиара, по-моему, она носит исключительно заказной характер: по-другому ее расценить не могу. В то же время понимаю, что нельзя быть всем хорошим. Особенно на такой должности.
— Это точно.
— Непонятно другое. Ограбление моей квартиры «Брянский комсомолец» зачем-то ставит в один ряд с другими относительно недавними преступлениями, жертвами которых стали известные и обеспеченные люди. Газета упоминает прошлогоднее ограбление крупного агропромышленника, тогда еще кандидата в депутаты Госдумы Владимира Жутенкова, директора ГУП «Брянсккоммунэнерго» Александра Граборова, совладельца трубчевского «Деснянского пищекомбината» Геннадия Аминтазаева. Причем не просто пишет о них, а делает, видимо, упор именно на то, что «первого потерпевшего не было дома, второму были причинены телесные повреждения, но объединяло их то, что обе жертвы преступников — люди небедные, и в их кубышках накоплены немалые финансовые запасы. В любом случае обоим повезло — они остались целы и невредимы, чего не скажешь, например, об убитом во время ограбления Аминтазаеве». И дальше вовсе странное замечание: «Один из читателей нашего сайта, прочитав материал об ограблении Граборова, оставил под ним такой комментарий: «В ограблении Жутенкова, Граборова, Аминтазаева просматривается новая «народная» тенденция к «справедливости». И теперь не спасут ни высокие заборы, ни правоохранители — начинается новая веха передела». Если так, подумалось тогда, то скоро будет новое громкое ограбление и новая жертва. Увы, но так оно и получилось. На этот раз все произошло не в Брянске, а во втором городе области — Клинцах».
Совершенно не пойму: зачем проводить столь странные параллели?! И намекать кому-то, что я, дескать, очень не бедный человек? Зачем попусту подвергать опасности столь диким образом мое жилище, моих близких, в первую очередь детей — подставлять их?! Кто-то не очень, вероятно, здоровый психически написал в комментариях, что «начинается новая веха передела», и газета радостно подхватывает эту «версию», возводя ее чуть ли не в факт?
— Есть, о чем задуматься…
— И я уже не только задумался, но и предпринял некоторые шаги в направлении обеспечения безопасности своей семьи. На всякий случай. Не потому, что мне нужно спрятать какое-то сомнительное добро, но чтобы защитить жену и детей.
— Тем не менее «Комсомолец» пишет, имея в виду Вас, что «хозяина дома не было, а когда он вернулся, то обнаружил пропажу немалой денежной суммы. Наши источники сообщают, что речь идет примерно о семи миллионах рублей, но есть данные, что досталось грабителям намного больше». Можете как-то прокомментировать и это?
— Информация о моем доходе находится в открытом доступе — на сайте Клинцовской городской администрации. Дополнительно скажу, что за 2015 год я заработал 1 миллион рублей, а моя супруга, действительно занимающаяся аптечным бизнесом (и это ни для кого не секрет), — чуть больше 14 миллионов рублей. На меня она уже в шутку ругается, что мало приношу домой (смеется — прим. ред.), а на разные семейные проекты продолжаю неустанно просить деньги.
За мной, как за муниципальным служащим, смотрят работники органов, осуществляющих антикоррупционную деятельность. Вся моя работа и доходы на виду. Мою супругу и семью постоянно проверяют, постоянно проходят камеральные налоговые проверки. Губернатор ведет серьезную антикоррупционную политику по отношению к государственным и муниципальным служащим. Никто из глав муниципальных образований ничем, кроме основной работы (бизнесом или еще чем-либо), заниматься не может. Но главное — я сам привык жить по совести. Не считаю себя бедным человеком, но и богатым тоже.
По похищенным деньгам. Скрывать не буду, дома в момент ограбления находилась определенная сумма денег, в том числе личных сбережений нашей семьи. Были там и деньги, которые принадлежат предприятию жены.
Наличие этой суммы дома объяснялось тем, что в праздничные дни бухгалтерия ее фирмы не работала, поэтому пришлось оставить какую-то наличность для сторонних расчетов. Кроме того, нужны были деньги на нашу совместную поездку: два дня нас не было дома. И немного, очень мало, в тот момент в квартире было долларов и евро — то, что оставалось после зарубежных поездок.
Но общая сумма, хочу подчеркнуть это, была в несколько раз меньше той, на которую открыто намекают «Брянский комсомолец» и другие СМИ. Далеко не семь миллионов рублей.

Тайна конвертов

— Ну, хорошо, а о разбросанных по квартире конвертах что скажете? Были или нет все-таки?
— Были! Врать не буду…
— Значит, не про все наврал этот «боевой листок»?
— Конверты были, да не те, о которых он пишет. Они лежали в ящике моей прикроватной тумбочки и действительно не были пустыми.
— Так-так…
— В этих слегка пожелтевших от времени конвертах хранились письма наших родственников — еще родителям, мои письма друзьям по пионерскому лагерю «Артек», в котором отдыхал в юности, приятелям и родственникам, с которыми я переписывался во время учебы в Курском государственном медицинском институте по специальности «фармация». Его я окончил в 1995 году, как известно. Тогда еще не было Интернета, электронной почты — пользовались обычной. Хотя молодым людям это сейчас сложно представить. Но грабителям наверняка показалось, что в этих конвертах могут храниться деньги. И они их все вытащили из ящика, распотрошили, а затем побросали на пол. На фотографии того бардака и бедлама, который мы застали, оказавшись в квартире после ограбления, хорошо это видно. Разрешаю ее опубликовать.
— Да, глядя на это фото, понимаешь, что грабители знатно «поработали» — совсем не церемонились. Все вверх дном перевернуто…
— Приехали мы домой вечером и до пяти утра, давая показания представителям правоохранительных органов, всей семьей пытались хоть как-то прибрать в квартире. Все было перевернуто, фотографии с полок сброшены на пол. Кто это не пережил, тому сложно представить…
До сих пор по большому счету не привели квартиру в первоначальный вид. А главное — меня и всех домочадцев не покидает какое-то странное внутреннее чувство, что в квартире, нашей старой доброй квартире, в которой было много чего хорошего, по-прежнему ощущается некий чужой дух. И от этого не по себе. Неприятно. Неосознанно то и дело ежишься. Уже прошло больше трех недель, но сын, когда мы по вечерам задерживаемся с супругой, все еще боится засыпать один. Бог с ними с деньгами, но вот этого не могу простить негодяям, залезшим к нам.
— Уже известно, сколько их было, какие-то другие детали преступления?
— В полиции мне мало что говорят, да я и сам стараюсь не особо интересоваться: там работают профессионалы, которые знают свое дело. Я только буду им мешать. Но по доходящей до меня скупой информации знаю, что полиция уже установила машину, на которой приезжали грабители, а также другой автомобиль, на котором до того некоторое время они следили за нашей квартирой. Преступники влезли в квартиру через форточку. Хотели, вероятно, выйти и вынести награбленное через дверь, но не смогли подобрать ключи, чтобы ее открыть: ключница была вся перевернута и опрокинута на пол. Поэтому пришлось покидать им квартиру тем же способом, как они в нее и проникли. Дело было ночью.

На святое покусились

— Как вы узнали об ограблении?
— От соседки по лестничной клетке, которую попросили два дня, на время нашего отъезда, посмотреть за котом. Она зашла утром в квартиру и все увидела. Хотя поначалу и не поверила. Позвонила нам.
— Что кроме денег вынесли?
— Не столько даже денег жалко, сколько старинную семейную икону с ликом Богоматери, которую моей семье передали прадеды, а им она в свою очередь тоже досталось от праотцов.
— Оценивали ее когда-нибудь? Икона старообрядческая?
— Признаться, никогда даже не задумывался, старообрядческая она или нет. Об оценке тоже мысли не возникало: эта икона ценна для нашей семьи сама по себе, не в пересчете на деньги. Кто посмел забрать такую реликвию, тому добра не будет, считаю. Нельзя совсем никого не бояться.
— Понимаю.
— Также грабители опустошили всю шкатулку с ювелирными украшениями, принадлежавшими жене. Забрали даже обручальное кольцо. Она в последний момент оставила его дома, решив не брать в поездку. Все, что у нее осталось из украшений, — другое кольцо, которое было на руке, и сережки.
— До пяти утра вы квартиру приводили в порядок, а через четыре часа уже губернатора Вам, насколько я помню, пришлось встречать — он как раз в тот день приезжал в Клинцы? И Вы весь такой «разобранный»…
— Да, а что делать… Поездка была запланированная. Вначале мы были на богослужении, потом на трапезе. Само собой, губернатору доложили о моем ограблении, и Александр Васильевич отнесся с пониманием, высказал слова поддержки.
— Все преодолимо, на самом деле, Сергей Юрьевич.
— Тоже в это верю.

Александр ЧЕРНОВ ,фото из личного архива С. Евтеева

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.