,

Вину признаю частично, но «совесть замучила»

Как мы уже сообщали, 20 февраля в клинцовском городском суде состоялось первое открытое судебное заседание по делу депутата Брянской областной Думы Николая Зародыша

Прокуратура города Клинцы обвиняет Николая Зародыша в мошенничестве — хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном с причинением значительного ущерба.
Выступая на заседании суда, депутат заявил, что признает вину частично, и сообщил, что преступным образом завладел не 650 тысячами рублей, как утверждает обвинение, а 150 тысячами. Николай Васильевич уточнил, что не собирался никого обманывать, а «просто хотел помочь людям».

В определенный момент, рассказал Николай Зародыш, он узнал, что его друг Валерий Борисенко продает дом в пригородном селе Займище, где проживает и сам Зародыш. Борисенко, по словам депутата, попросил Зародыша при случае найти ему покупателя на дом, расположенный в селе Займище по улице Новая жизнь, 60. Причем Борисенко вроде бы попросил Зародыша не афишировать, что именно он продает дом. Через какое-то время Зародыш узнает, что его давний знакомый Анатолий Садкевич желает приобрести жилье. Депутат сообщает о потенциальном покупателе Борисенко, и тот устанавливает цену за дом — 950 тысяч рублей. Покупателя такая цена не устроила. Николай Зародыш обещал провести переговоры с продавцом о снижении стоимости дома, позже цена за дом снизилась до 650 тысяч рублей. Такой вариант покупателя как будто бы устроил.

Покупатель Садкевич передавал 650 тысяч рублей в три захода: 300 тысяч, 200 тысяч и 150 тысяч. При передаче первой части денег Зародыш привез Садкевичу пакет документов. Но когда его на суде спросили, какие именно документы он передал покупателю, Зародыш заявил, что не рассматривал их, краем глаза видел технический паспорт и свидетельство на собственность.
В ходе заседания был вскрыт пакет с документами, которые вроде бы Зародыш передавал Садкевичу. Зародыш заметил под протокол, что «детально с этими документами не знакомился» и «затрудняется ответить, видел ли эти документы или нет».

От каждой из трех передаваемых сумм Борисенко дарил Зародышу по 50 тысяч рублей. На вопрос судьи Листратенко, «не смутило ли Зародыша то обстоятельство, что дом стоил 650 тысяч, а ему продавец подарил 150 тысяч», депутат ответил, что и сам не ожидал такой щедрости от Борисенко. По словам Зародыша, Борисенко так отблагодарил его за то, что он нашел покупателя на дом.
В определенный момент покупатель поинтересовался у Зародыша: когда дом, за который тот передал деньги, оформят на него? Продавец через Зародыша сообщил, что Садкевичу предлагается пожить в этом доме несколько лет и исправно платить за коммунальные услуги, а затем, по словам Зародыша, Борисенко оформит этот дом на Садкевича «по суду». Никакой конкретики в этом вопросе депутат не привел, ссылаясь на то, что не вникал в такие нюансы.

Николай Зародыш сообщил, что Садкевич вроде как прописался в этом доме в 2013 году. Как заметил Николай Васильевич, он неоднократно обращался к Борисенко, чтобы тот все-таки оформил дом на Садкевича. Однако позже Валерий Борисенко заболел и умер, но необходимость оформить документы на дом у Садкевича не отпала. Он обращался за помощью к Зародышу. Однако Николай Васильевич, по его собственному признанию, перестал отвечать на телефонные звонки Анатолия Николаевича, а позже и вовсе прекратил с ним всякое общение. О том, что оставил своего давнего знакомого без поддержки и помощи, Николай Зародыш покаялся прямо на суде: «Изначально не пытался никого обманывать. Когда умер Борисенко, возможно, возник умысел. Обязательства не выполнил, обещал Садкевичу, что дом будет оформлен на него».

На вопрос, знал ли Зародыш, что дом по улице Новая жизнь в селе Займище был изначально сдан Шкуратовым по чернобыльской программе (соответственно Борисенко не имел к этому дому никакого отношения), депутат заявил, что не знал. Он заметил, что живет совсем в другой части села и не мог знать, в каком статусе находится дом, которым вроде как владел Борисенко. Но на суде вспомнили, что супруга Николая Зародыша является начальником отдела по работе с населением села Займище. Она точно должна была знать, что дом был сдан по чернобыльской программе. Как сообщил Зародыш, он попросил супругу зарегистрировать Садкевича по адресу: село Займище, улица Новая жизнь, 60. Подробности регистрации Садкевича супруги между собой не обсуждали.

Отрицал Николай Васильевич и то, что вроде бы изначально между Зародышем и Борисенко был договор, согласно которому, продавец не собирался оформлять документы на дом на Садкевича.
На суде адвокат Белова напомнила Зародышу, что ему вменяется в вину, что якобы Зародыш должен был передавать полученные от Садкевича деньги должностным лицам. Зародыш заметил, что имел в виду только Борисенко. Депутат повторил, что, с его точки зрения, Борисенко продавал дом, и Садкевич передавал через него деньги на покупку дома. По словам Зародыша, он не был в курсе, принадлежал дом Борисенко или нет. Позднее, видимо, пытаясь найти правильные ответы на вопросы прокурора и судьи, Зародыш сообщил суду, что в определенный момент Борисенко сообщил ему, что дом бесхозный. «Так за что же Садкевич передавал деньги Борисенко, ведь дом бесхозный?» — поинтересовался прокурор Александр Калинин. Зародыш заметил, что никаких подозрений у него не возникло, «в подробности не вникал».

Толкового ответа на этот вопрос Николай Зародыш не дал, адвокат Белова опротестовала вопрос. Судья вопрос прокурора снял, но сам поинтересовался у Зародыша: «У Вас не возникло подозрения, что Борисенко продает чужой дом?» Зародыш ответил, что нет.
— Когда Вы узнали о том, что дом не принадлежит Борисенко? — спросил судья.
— Не могу сказать, не могу вспомнить.
— После того как Борисенко умер, Вы не обсуждали с Садкевичем нюансы по дому? — поинтересовался прокурор.
— После того как Борисенко умер, мы не общались с Садкевичем.
Адвокат заметил, что никаких противоречий между теми показаниями, которые давал Зародыш на следствии и на первом открытом заседании, с его точки зрения, не усматривается. То, что Зародыш получал деньги от Садкевича и передавал их третьему лицу, он не отрицал и не отрицает.
Зародыш сообщил суду, что в конце 2016 года вернул потерпевшей стороне всю сумму (650 тысяч рублей) по расписке. Потерпевший Садкевич, отвечая на вопрос судьи, подтвердил эту информацию.
Судья Листратенко поинтересовался у ответчика:
— Если Вы признаете свою вину только частично, то зачем вернули Садкевичу всю сумму? Что это было? Жест доброй воли?
То ли устав давать показания, то ли сбитый с толку, Николай Зародыш ответил:
— Потому что виноват, вот и вернул. Совесть замучила.
— А когда Вы вину осознали? До возбуждения уголовного дела или после?
— До возбуждения уголовного дела.
— Деньги вернули из-за того, что возбудили уголовное дело или из-за того, что виноваты?
— Потому что виноват.
— Совесть замучила?
— Да.

Вопросов после заседания 20 февраля осталось немало. К примеру, Николай Зародыш давал понять, что выступал только как посредник, не вникая в подробности сделки. Но зачем Борисенко, пожелавшему продать дом, и Садкевичу, имевшему желание приобрести жилье, понадобился посредник? Не проще было бы контактировать напрямую? Или Зародыш исполнил роль посредника только лишь потому, что Борисенко не пожелал афишировать себя в качестве продавца дома? Но почему, если Борисенко продавал действительно свой дом?

Следующие заседания по этому делу назначены на 15, 16 и 21 марта.

Сергей ЗАЙМИЩЕНСКИЙ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *