,

Помню эти дни

Соль земли

— Хорошо запомнились бомбежки советской авиации в июне 1943 года, — рассказывает Владимир Яковлевич. — Когда первый раз ночью прилетели самолеты, это было так неожиданно. Раздались отдаленные взрывы, мать схватила совсем маленькую сестру, мне приказала быстро одеваться. Я так торопился, чувствуя опасность, что вместо легкой куртки сунул руки в штаны, как в рукава, и в таком виде побежал прятаться в старый погреб. Затем бомбежки случались не раз. Сначала с самолетов сбрасывались фонари на парашютах, чтобы сверху различать объекты, которые нужно бомбить. Когда стало понятно, что бомбежки повторятся, мужчины с нашей улицы уводили вечером всех в сосновый бор, находившийся в районе монастыря. Там были вырыты окопы, заложенные валежником. Все из окрестных домов уходили туда, оставался только один сосед — слепой Николай, он всегда был дома, даже и не думал прятаться.

Наши самолеты долго по ночам летали над Клинцами в разных направлениях. Когда это прекратилось, то мы с другом пошли в город смотреть, что же разбомбили. У Дома текстилей бомба обрушила порядочный угол, было видно, как из развалин извлекали трупы и укладывали в грубо сколоченные гробы. Основной удар советская авиация нанесла в ночь с 20 на 21 июня 1943 года. Старались бить прицельно: по госпиталям, где находились фашисты, складам боеприпасов. Было уничтожено до трех тысяч немецких солдат и офицеров.

— Соль в годы войны очень ценилась, — продолжает свой рассказ Владимир Яковлевич, — помню, что стакан соли стоил, как и большая буханка хлеба — двести рублей. Во время бомбежек один снаряд ударил в ста метрах от Петропавловской церкви и попал в склад, где хранилось, наверное, несколько тонн соли. Женщины стали ходить туда и подкапывать залежи соли. Наша соседка Тамара тоже пошла, стала отбивать куски снизу, сгребать осыпавшуюся соль и не заметила, как огромная соляная глыба нависла сверху и свалилась на нее. От удара у Тамары искривились бедерные кости, женщина на всю жизнь осталась инвалидом.

Помню еще один случай, связанный с солью. До войны за мясокомбинатом была яма-могильник, куда бросали падших от ящура или сибирской язвы животных. На обнесенной колючей проволокой территории и в годы войны сохранялись таблички с предупреждением об опасности. Коровьи и свиные туши посыпали очень крупной солью. Женщины не боялись ничего, ночью пробирались туда, раскапывали небольшой слой земли и вместе с песком выгребали соль. Затем градины соли ссыпали в дырявые ведра, кошелки, спускались к Московке и так, как моют рыбаки мотыля, прочищали смесь от песка, оставляя внутри соль. Затем уже бутылкой мельчили ее и использовали или продавали на рынке.

Топография беды

С военной поры Клинцы очень изменились, сейчас существует один центр города, раньше локальных центров было несколько, и в каждом кипела жизнь. Городская топография сильно отличается от той, что была 70 лет назад.
— До войны наша семья получила от фабрики квартиру в новом доме по улице Комсомольской, — рассказывает старый клинчанин. — Мать, члена партии, отселили от верующих старообрядцев-родителей, живших в частном доме (у них всегда висели иконы, дедушка и бабушка строго соблюдали посты, в положенное время молились). В 1941 году мы переехали в пустующий коммунальный дом на четыре семьи (вход с двух сторон на углу улицы Парижской Коммуны и переулка Спартака). Район Спартака располагался на возвышенности, его достопримечательностью была красивая водонапорная башня.

 немецкие марки времен Второй мировой войныЕсли в городе происходила какая-то диверсия, например, нападение на солдата, то полицаи арестовывали несколько стариков и держали их в тюрьме, пока не разберутся с происшествием. Несколько раз так уводили моего деда Ивана. Он, как и отец, был строгим человеком, противником пьянства и азартных игр. Дед мой умер в 1942 году.

Наш город заплатил слишком высокую цену за свое освобождение. Погибли 3830 клинчан и 6365 жителей сел Клинцовского района. Статистика говорит о том, что за время оккупации в городе и районе (вместе с евреями, подпольщиками, партизанами и без вести пропавшими) было уничтожено 10263 человека. Если говорить о потерях партизан, то за 25 месяцев борьбы отряд потерял 60 человек. За отказ работать на оккупантов были расстреляны 72 железнодорожника. Погибли сотни невинных людей в еврейском гетто в декабре 1941 года.

— Относительно гибели евреев, — говорит Владимир Яковлевич, — сам не видел, но помню, что приятели старше меня по возрасту лазили на деревья, чтобы слышать, как расстреливают. Раньше возле реки все было не так, как сейчас (ЖБИ и радиозавод построили после войны), там был сосновый лес, куда и согнали евреев. Никого из нашего круга немцы не расстреляли, но среди моих знакомых было несколько парней-подростков, можно сказать, хулиганов или беспризорников, которые промышляли мелким воровством. Немцы арестовали их и отправили в Германию, в концентрационный лагерь. Уже после войны один из них рассказывал, как вместе они выживали в концлагере, как помогали друг другу. Нынешний детский сад (рядом с РКЦ по улице Парижской Коммуны) был трудовой биржей, все неработающие туда ходили отмечаться, особенно молодежь, за опоздание — арест.

___________
Олег ВЕЧОРКО
фотоархив: В.Я. Алексеенко; немецкие марки времен Второй мировой войны

Окончание в следующем номере

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.