,

Зоркий я

Журналист «ВлД» получил в своей жизни еще один документ о дополнительном образовании, уже девятый или десятый по счету, — сертификат об окончании «Открытой школы наблюдателей». Теперь он «наблюдатель с дипломом» и может на всех выборах любым кандидатам оказывать на вполне законных основаниях услуги соответствующего характера

Вроде еще и не седина в бороду, но случилась оказия, и репортер «ВлД» снова решил по заданию редакции пойти в школу. Благо, хоть не в первый класс — выдержать еще раз «десятилетку», конечно, вряд ли бы нашлись силы. Просто впервые в нашем регионе прошли занятия «Открытой школы наблюдателей». Она призвана подготовить специалистов-общественников, которые в день голосования будут присутствовать на избирательных участках по поручению различных кандидатов или партий. При этом внимательно смотреть, чтобы все там было по чести и уму, а еще лучше — в рамках выборного законодательства, по крайней мере, в идеале и теории.

Работа по нынешним, несколько смутным временам, когда в выборы уже мало кто верит, но все хотят вернуть им былую значимость, самая востребованная. Пусть формально она и не оплачивается: считается, что для наблюдателей первостепенен зов сердца, а вовсе не мирской тлен в виде финансовой составляющей. Однако получить заветный сертификат об окончании специальных двухдневных курсов и стать частью нового регионального «банка данных выпускников-наблюдателей», информацией которого теперь могут воспользоваться все потенциальные губернаторы, депутаты и избирательные объединения, оказалось не так-то просто.

Журналисту, давно отвыкшему от академических занятий и не писавшему обычной ручкой вслед за преподавателем добрых полтора десятка лет, пришлось два вечера подряд внимательно слушать и конспектировать в здании Правительства Брянской области восемь скучных лекций, а также справиться с кучей непростых тестов. И хотя очередная инициатива Избирательной комиссии Брянской области (ИЗБО) опять вылилась в сущую профанацию, редакция «ВлД» честно подыграла «независимому коллегиальному органу». Потому что кандидаты, хочется нам почему-то верить, не всегда те, кем их принято считать благодаря известной присказке.

По спискам и так

В первый день курсов, не скрою, я сильно боялся опоздать на занятия: встречают-то ведь по одежке. И еще очень не хотелось вынужденно заискивать перед невозмутимыми сотрудниками полиции, которые круглосуточно дежурят на входе в областную администрацию — если пришел «с улицы», они обычно даже разговаривать с тобой не хотят: есть пропуск или присутствуешь в заранее поданных списках — проходи. Нет — до свидания!
Тщетно им было бы доказывать, что пришел в главное здание региона научиться доброму, вечному и светлому, а не побеспокоить нечаянным образом кого-то из его уважаемых обитателей: вдаваться в подробности жизни каждого здешнего визитера в их служебные обязанности точно не входит. Но волновался я заранее напрасно. До начала занятий оставалось минут десять, а в здание Правительства Брянской области на проспекте Ленина, 33, к моему удивлению, все заходили и заходили, группами, человек по пятнадцать, молодые люди. Хотя никакого молодежного форума или конференции не анонсировалось. Подошел ближе, присмотрелся — явно студенты. Их трудно в этом случае с кем-то спутать: покорно идут, не совсем понимая куда, но организованной толпой, почти парами, вслед за взрослым сопровождающим.
— Тоже в «Школу наблюдателей»? — спросил я осторожно в дверях, боясь все-таки ошибиться, первого попавшегося паренька со страдальческим выражением лица.
— Куда же еще нас могли послать перед выборами!? — тихо возмутился он, театрально закатив глаза. — Бесит прямо. Опять нами все возможные «дырки» затыкают.
— ОРАГС?
— Снова угадали — как принято о нас говорить, «кузница будущих управленческих кадров». Не «педуху» же им сюда гнать…
Но справедливости ради стоит сказать, что студенты БГУ, или бывшего «педа», среди слушателей курсов для наблюдателей тоже оказались — выяснилось это уже позже. Правда, было их явное меньшинство. Другие брянские вузы — два технических, сельскохозяйственный университет (ранее БГСХА) и негосударственные — своих «школяров» отчего-то вовсе не представили.
— А я, как праведник, заявление по установленной форме подал, с сайта избиркома еще образец скачивал, в строго установленные сроки — три дня всего на это отводилось, подавал, — поделился я после некоторой паузы. — Специально сюда приезжал, сдавал его, мне еще заверенную копию дали с отметкой, что приняли. Боялся, что места не хватит…
Студент в ответ понимающе улыбнулся. Ни ему, ни другим однокурсникам ходить никуда не потребовалось — списки на всех были поданы организованно, а их просто уведомили, «во сколько выдвигаемся в сторону администрации». Но мои переживания были сущей правдой. Объявление о наборе в «Открытую школу наблюдателей» появилось на сайте Брянского облизбиркома, не самого посещаемого среди региональных интернет-ресурсов, буквально за неделю до начала занятий. На подачу заявлений от желающих отводилось и вовсе менее трех дней.
А тут еще в Сети появились информационные сообщения, что возьмут на обучение в «Школу» далеко не всех — только, что называется, политически грамотных, идеологически выдержанных и морально устойчивых. В общем, честно скажу: я понял, что никогда еще не был так близко от провала редакционного задания — написать репортаж в стилистике «испытано на себе». Но звонок от сотрудника избирательной комиссии, поступивший накануне, немного приободрил, хотя и смутил одновременно: «Александр Вячеславович, приходите завтра. Но где будут проходить занятия, мы еще не знаем — людей ожидается много, поэтому с залом в здании администрации пока определяемся. Внизу вас и других слушателей будут встречать наши волонтеры».
Обманываться рады
Но желание устроителей «Школы» сделать ее сразу зачем-то массовой сыграло с избиркомом злую шутку. Сидевшие в холле администрации за столами три девушки-регистратора в белых брендированных футболках и кепках с синими надписями «Голосуй! Выбирай будущее!» едва справлялись с наплывом желающих отучиться «по разнарядке». Почему тех нельзя было запустить скопом, разом и «по списку», не создавая сутолоки, осталось загадкой. Пропускной режим в здании администрации? Я вас умоляю, не смешите: паспорта почти ни у кого из студентов не спрашивали, по крайней мере, спустя уже десять минут — иначе бы эту толпу регистрировали еще до Юрьева дня. Но ненужный ажиотаж с успехом создали. А когда вдруг поняли, что натворили, принялись бодро решать созданную самими проблему. Очень по-нашему, по-русски.
— Двигайтесь, пожалуйста, в сторону, встаньте в одну или две шеренги, — начал сильно нервничать в какой-то момент один из полицейских, дежурящих в холле, боясь, видимо, «пропустить» кого-то из важных персон. Мне не видно из-за вас, кто заходит!
Но толпа все больше закипавшего правоохранителя не слушалась. Да и некуда ей было особо деться. Тем временем шум и гам нарастали, становилось душно. Чтобы миновать огромную очередь, которая рассасывалась очень медленно, и проскользнуть в числе первых в Хрустальный зал, предназначенный для официальных приемов и мероприятий (именно в нем проходили эти два дня занятия), мне пришлось воспользоваться своим огромным обаянием. Слово за слово, и вот уже с пакетом, полным «подарков» (фирменные избиркомовские блокнот, магнитная фоторамка на холодильник, ручка, настенный календарь с панорамой Брянска из бумаги плохого качества и информационный бюллетень с кроссвордом), я просачиваюсь внутрь.
Там уже находились «лекторы Школы» — как и значилось в объявлении, «члены и сотрудники аппарата Избирательной комиссии Брянской области, прокуроры, судьи, лица, обеспечивающие подготовку и проведение выборов». Вместо судей, правда, в президиуме восседал харизматичный, как минимум — внешне, заместитель губернатора Александр Коробко, отвечающий в Правительстве за связи с общественными объединениями и муниципальными органами. А неофициально — за все выборы и их итоги. Говорят, депутаты Брянского горсовета будут почти вынуждены уже совсем скоро выбрать его новым мэром областного центра: аналогичный опыт управления Стародубом у Александра Михайловича уже есть.
Когда все собрались, а прошло еще не менее получаса, председатель Брянского облизбиркома Игорь Каплунов, личность не менее известная, чем Александр Коробко, решился взять слово. И аккуратно сказал в микрофон:
— Извините за задержку. Признаться, мы не ожидали такого наплыва желающих поучиться в Школе; рады, что получили подобный отклик на свою инициативу, — сообщил Игорь Викторович, будучи наверняка искренне уверенным в том, что нисколько не обманывает даже самого себя. — Конечно, два дня для подготовки наблюдателей на выборах — это мало, но мы все-таки попробуем дать вам определенные знания. Начнем с азов, раз уж большинство присутствующих здесь молодые люди, которые имеют представление о выборах преимущественно по телевизионным сюжетам.
Здесь есть смысл заметить, что господин Каплунов вообще рад обманываться (или делает вид такой). Прошлые выборы в Облдуму, прошедшие 14 сентября 2014 года, наблюдатели назвали «самыми грязными в брянской избирательной истории»: более 150 нарушений было зафиксировано ими только в день голосования. Кроме того, правом досрочного голосования воспользовались… почти 77 тысяч брянцев, включая свыше 9200 человек, проголосовавших в помещении непосредственно территориальной избирательной комиссии, или 9 процентов от числа всех избирателей — самый большой показатель в России. Это ж надо было не пожалеть времени, приехать в рабочий день в самый центр города, причем успеть с девяти утра до шести вечера…
Иными словами, считай, десятая часть брянского электората заранее знала, что в день выборов обязательно сорвется копать картошку или уедет на запоздалые осенние шашлыки. Поэтому имея возможность свободно раскатывать в основное рабочее время, не преминула заранее исполнить свой гражданский долг. Похвально, что и говорить. Каплунов ответственно все наветы оппонентов отверг. Но вернемся в Хрустальный зал.
— Пытаюсь понять за вас, почему вы все сюда пришли, мотивы вашего поведения, хотя это и неправильно — думать за других, — по-своему витиевато продолжил мысль предыдущего оратора заместитель губернатора Александр Коробко. — В любом случае, я восхищен, что самое обычное объявление на сайте избиркома привлекло сюда столько много людей. Здоровья вам и спасибо. Сам с удовольствием послушаю, что скажут наши специалисты.
И не соврал ведь. Остался почти до конца лекционного дня. Хотя как он удалился, никто, кажется, тоже не заметил — профессионал, ничего не скажешь.

Помидор-победитель

Начались долгожданные занятия. Тема первой основополагающей лекции — «Правовые основы наблюдения за голосованием и подсчетом голосов избирателей. Статус наблюдателя». Рассказали о том, кого жители Брянщины собирались выбирать в минувшее воскресенье, типах самих выборов (они бывают, оказывается, дополнительными, досрочными, очередными и так далее), а также объяснили суть понятия «избирательного округа». Их в Брянской области три десятка. Без накладок, правда, не обошлось. То ли Каплунов переволновался, то ли еще что, но сообщаемый материал он методично зачитывал по бумажке, которую, не покидало меня стойкое ощущение, видел в первый раз: глава избиркома постоянно запинался и пристально, порой по несколько секунд всматривался в текст. Хотя, скорее всего, банально показалось.
Узнали мы, слушатели, и о разных избирательных системах. Так, 60 депутатов Брянской областной Думы выбираются по «смешанной» системе. Половина из них — «одномандатники», подавляющее большинство из которых, впрочем, вследствие принадлежности к известной партии ничем друг от друга (кроме внешности) не отличаются. Еще 30 народных избранников проходят в законодательный орган региона «по партийным спискам», однако по сути их формирует партия, за которую больше всего человек отдали голоса. И снова не будем показывать пальцем.
Главу же регионам, хоть в этот раз его и «одобрил Президент», нам пока позволено выбирать по мажоритарной системе — по принципу большинства отданных за того или иного кандидата голосов — абсолютному, когда победителем признается тот, кто набрал не менее 50 процентов голосов плюс один голос, и относительному. В подтверждение этой мысли на двух больших экранах, установленных в Хрустальном зале, возник наглядный методический материал — таблицы с шутливыми примерами, которые лично мне показались «говорящими». «Кандидат Помидор» в борьбе за губернаторское кресло набрал по «относительной схеме» 49 процентов голосов, а его соперник, «кандидат Лимон», фигура, видимо, куда более влиятельная и значимая для общества в силу большого содержания витамина C, отхватил целый 51 процент. Был ли третий претендент, скажем, «кандидат Клубень», лектор не упомянул.
Но когда Каплунов снова обратил внимание присутствующих на экраны («в случае с партиями применяется пропорциональная избирательная система, которая основывается не на принципе большинства, а на принципе пропорциональности между полученными голосами и завоеванными мандатами»), в зале и вовсе раздался многозначительный смех, и даже Коробко не смог сдержать философской улыбки. — «Вы это видите на примере представленных нам партий — «вишенок», «лимонов» и «помидоров». Победили томаты». Никто, собственно, в их предвыборном потенциале не сомневался.
А на объяснении составов избирательных комиссий мне невольно, в силу гадкого характера, вспомнились недавние громкие скандалы с дочерями, женой и другими родственниками Каплунова. До августа его милые наследницы были членами «стратегически важной» Советской территориальной избирательной комиссии Брянска. Покинуть ее девушек заставили многочисленные публикации в региональных и федеральных СМИ. Игорь Викторович и так журналистов особо никогда не жаловал, а в этой связи совсем стал избегать их. Вероятно, чтобы «уберечь», как уже окрестили, «в семейном избирательном бизнесе» хотя бы супругу Ольгу, члена УИК №94 (училище Олимпийского резерва в областном центре), ее сестру Галину Волощук — секретаря УИК №95 и куму Галину Анищенко — многолетнего сотрудника облизбиркома. Они продолжают следить за тем, как соблюдаются главные принципы выборов — прозрачность и честность.

Теория и практика

Однако как мне все это вспомнилось, так быстро и забылось: нужно было дальше конспектировать сложный материал. Да и сам Каплунов скучать не давал:
— Наблюдатели, дорогие слушатели, должны приходить на избирательный участок в день выборов раньше, так как при них вскрываются ящики для голосования — показывается, что там ничего нет, в том числе и «двойного дна». Меня вот накануне все спрашивали, буду ли я про него рассказывать? Но если не бывает в ящиках для голосования «двойного дна», то о чем рассказывать?!
Сидевший через одного от меня известный общественный активист Андрей Зайцев, активно «специализирующийся» на выборных нарушениях, серьезно ухмыльнулся. Не далее как на партийных праймериз «ЕР» в апреле этого года он лично зафиксировал на видеокамеру на избирательном участке в Фокинском районе Брянска жутко подозрительную урну: к началу голосования она уже была забита… «правильно» заполненными бюллетенями. Тот ролик набрал в Интернете более 200 тысяч просмотров. Однако нарушение показалось официальным лицам, которые предпочли его вовсе не заметить, несущественным, максимум, случайным. Между тем самого Зайцева обвинили в фальсификации, нагнетании ненужной истерии и дешевом самопиаре.
— Любой документ избирательной комиссии, участковой или территориальной, должен быть подписан двумя ее членами — председателем и секретарем. Иногда в спешке мы забывали об этом, и там стояли только подпись председателя, — постепенно перешел от теории к практике Каплунов. — Но обязательно находились умные люди, которые указывали нам на это, обращаясь в суд.
Так мы дошли до другого важного момента выборов — соблюдения общественного порядка и недопущения нарушений избирательного законодательства во время их проведения. За этим призваны следить три государственные структуры: прокуратура, полиция и, как ни странно, МЧС. Наблюдатели тоже могут, но у них больше обязанностей, чем прав и возможностей: к избирателям не приближаться, стоять и смотреть за всем тихо, лучше вообще себя никак не обозначая. А если что-то такое увидел, то сразу председателю комиссии нужно сообщить, а тот (или та) уже решит, серьезное нарушение или можно закрыть на него глаза.
Лучше закрыть. Потому как наверху сразу может возникнуть вопрос о профессиональной пригодности главы избирательной комиссии — какой же ты, мол, председатель, если смог допустить подобное. Но об этом, понятно, на лекциях не рассказывали — это уже из личного опыта. Несколько лет назад, когда переизбирали Николая Денина, мне довелось быть наблюдателем на одном из «сложных» участков в Бежицком районе Брянска. Там я понял, что реальность очень сильно отличается от теории.
Но в проверочных тестах, которых в каждый из двух дней обучения было по четыре, меня об этом и многом другом рассказать не просили. И к лучшему. Тем более что вопросы в них действительно были непростые, а времени на их решение отводилось крайне мало. В какой-то момент даже испугался: будто первокурсник я хотел показать, что тоже на что-то годен. Для получения заветного сертификата требовалось набрать по итогам двухдневных испытаний не менее 50 баллов. Ни для кого из слушателей, скажу, забегая вперед, это проблемой не стало. Человек десять набрали по 100 и более баллов, а большинство, в том числе и я, — от 85 до 99.

Кому наблюдатель?

Второй день обучения в «Открытой школе наблюдателей» был в значительной мере посвящен тому, как могут и должны голосовать студенты, инвалиды, немощные и даже находящиеся под домашним арестом. Хотелось, конечно, уточнить информацию, но не стал: только что фамилию не назвали, а так — все разложили по полочкам. В случае с теми, кто не может явиться на избирательные участки по состоянию здоровья, примерно тот же алгоритм действий: получение заявления от гражданина (для начала — можно просто устного, по телефону), прибытие представителей избиркома к нему домой — строго во временном промежутке между 14.00 и 20.00. Причем со специальной переносной шторкой, обеспечивающей тайну голосования.
Но такого «девайса», признаться, когда я сам был наблюдателем, в глаза не видел. Видимо, продукт нанотехнологий, о которых тогда в стране еще мало говорили. Еще одно новшество — переносные ящики, как и урны для голосования, отныне должны быть не красными, синими, в цвета российского флага или сколоченными из массива дерева, а исключительно прозрачными или полупрозрачными. В первом случае — для обеспечения прозрачности процесса голосования. Но что есть «полупрозрачность», когда речь также заходит о голосовании — не знаю. Что же до инвалидов, то для них облизбирком закупил 103 особые кабины: в них удобно въезжать на коляске, и столики расположены значительно ниже. Уже неплохо.
Но, в общем и целом, второй день был лишен каких-то «интересностей». Вспомнить особо нечего. А вот третий день, когда после 18.00 состоялось объявление результатов тестирования и последующее вручение сертификатов, начался с неожиданного заявления председателя облизбиркома:
— До меня дошли слухи, что студенты, которые здесь обучаются, должны заплатить за обучение у себя в институте, даже сумма называется — две тысячи, — окинув долгим взглядом Хрустальный зал, произнес Каплунов. — Но это все обучение производится избирательной комиссией Брянской области бесплатно. Прошу вас, кто такие слухи распространяет, а этот кто-то сидит здесь, в зале (нам уже рассказали), прекратить. Если я узнаю, что кто-то у себя в институте заплатил, обращайтесь ко мне сразу, разберемся. И те пакетики с блокнотиками, что вы получили, тоже выдавались бесплатно — это все расходный материал.
Однако никто после этого не встал, голову пеплом не посыпал и прилюдно не раскаялся. Жаль. Вечер бы точно перестал быть томным. Только горький осадок остался — лишнее подтверждение тому, что у нас даже обучение основам избирательного права без скандала организовать не могут. Что уж о выборах говорить. Но буду пытаться менять ситуацию на своем уровне. Я теперь, если что, «сертифицированный наблюдатель на выборах» — подтверждающая квалификационная бумажка имеется, в бардачке машины уже который день валяется.
С удовольствием окажу услуги соответствующего характера все желающим кандидатам, в том числе «на выезде»: в следующем году, как сказал Каплунов, будут «сложные по всем параметрам думские выборы». На выборах губернатора ни мне, ни кому-либо еще, кажется, из новоиспеченных выпускников-наблюдателей проявить себя, увы, в избиркоме возможности не дали. Но наверстывать надо. Я не альтруист, конечно, но о цене договоримся. Да, сомнительные проекты прошу не предлагать. Звоните, пишите — телефон и адрес — в редакции.

Александр ЧЕРНОВ,
фото автора: решение тестов и сбор готовых; выпускники смотрят свои результаты; вручение сертификатов; Андрей Зайцев со своими тестами
и вопросами в них

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Коллега журналиста «ВлД» по «Открытой школе наблюдателей» неугомонный 30-летний брянский активист и предприниматель Андрей Зайцев анонсировал в Сети начало нового общественного проекта «Вежливый Зайцев». В формате коротких видеороликов-обращений он намерен рассказать «о тайных и явных деяниях депутатов Брянской областной Думы», которые — явные, но особенно тайные, по мнению Зайцева, неизвестны широкой общественности. Зрителям обещан «горячий», а местами и «перченый» эксклюзив на основе биографических данных народных избранников. Им, дескать, не располагают даже правоохранительные органы.
— Мы расскажем не только о благосостоянии депутатов, но и откуда оно взялось, — пообещал Андрей, и что-то подсказывает — не обманет.
Однако вместе с тем он просит неравнодушных жителей Брянщины помочь ему в «составлении новых биографий брянских депутатов»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.