,

«В такое время живем…»

О том, как в отделе образования Клинцовского района видят ход будущей оптимизации школ, репортер «ВлД» поговорил с исполняющей
обязанности его начальника Ольгой Зайцевой. Разговор вышел, как минимум, интересный, и мы решили дать его почти «без купюр».

— Дело в том, что по оптимизации еще никаких решений не принято, — сразу заявила Ольга Анатольевна, придерживаясь официальной линии, что не нужно раньше времени лишнего шума поднимать.
— Получается, паника пустая? — уточнил все же корреспондент.
— Нет, паника непустая. Оптимизация будет. Но каких школ и в каком разрезе… Муниципальных решений еще не принято.
— Просто в сюжете ГТРК «Брянск», наделавшем много шума, прошла информация, что две школы для оптимизации уже выбраны — Вьюнковская закрывается, а другая реорганизуется в начальную.
— Еще раз говорю: пока нет постановления администрации, поймите меня правильно, я не могу ничего комментировать. Тем более по телефону.
— Какая разница — лично Вы прокомментируете или по телефону?
— Большая, большая разница…
— По федеральному закону «О СМИ» я могу брать комментарий ответственного лица и по телефону.
— Вы можете брать, а я могу не давать. Правильно? Я же тоже не знаю, корреспондент или кто Вы.

— Ольга Анатольевна, случайный человек с таким вопросом Вам вряд ли будет звонить, да еще корреспондентом представляться.
— Нам разные люди звонят. Поэтому если Вы хотите получить официальную информацию, пишите официальный запрос за подписью начальника.
— Но Людмила Ивановна, начальник отдела, говорила в телесюжете, что уже определен список школ, которые попадут под оптимизацию, там шла речь о школе во Вьюнке.
— Людмила Ивановна говорила в интервью, что администрация района очень лояльно подходит к этому, чтобы не рубить с плеча, потому что это очень болезненный вопрос.
— Я о том же — болезненный.
— Но Вы хотите, чтобы я сейчас озвучила школы, которые будут оптимизированы?
— Если это тайна, ради бога, необязательно: все равно скоро все станет известно.
— Это не тайна. Это еще непринятое решение. Смысл говорить о том, что еще не утверждено? Но оптимизация будет, она неизбежна. Потому что у нас недостаток финансовых средств. У нас маленькая наполняемость в классах — мы не выполняем федеральные нормативы ни на одного учителя, ни по классам, в каждом из которых должно быть, как минимум, 14 учеников, ни по конкретным учебным учреждениям. Я ничего пока сказать не могу.
— А по горючему, которое будет дорожать с 1 апреля? По обслуживанию транспорта? Гонять его туда-сюда, детей развозить, разве это не дороже выйдет?
— В финансовом плане это будет дешевле.
— Но детям придется вставать раньше на два часа — не лучшее испытание для растущего организма…
— Да, придется детям вставать раньше, и учителя остаются без работы. Никто не говорит, что это хорошо. Но мы живем в такое время.
— Позвольте провокационный вопрос.
— Давайте.
— Все пытаются экономить на детях. Подсчитывая, сколько обходится обучение одного ученика в год. Но экономит ли как-то на себе, например, районный отдел образования?
— В плане чего?
— В плане окладов, премий, хотя бы той же покупки офисной бумаги, в общем, чего угодно?
— В штате нашего отдела образования семь человек, если Вас это интересует.
— Это много или мало?
— Ну, я не знаю. Судите сами: у нас 17 общеобразовательных учреждений, 18 дошкольных. И семь сотрудников в штате отдела. Не знаю, много это или мало…
— Скажем, сократить не две школы, когда уйдет на биржу труда сразу около 40 человек, а двух сотрудников отдела образования. Какая будет экономия?
— Зарплата наших специалистов — 12 тысяч рублей в месяц. Вот и посчитайте. За год — 120 тысяч рублей.
— Но это так называемое денежное содержание. А есть еще премии, думаю…
— Нет, премий у нас нет.
— И за 12 тысяч пашете?
— И за 12 тысяч пашем. Приглашаем Вас! Зарплаты у нас невеликие, премии мы не платим, так как нет средств. А зарплаты учителям мы не платим — это полномочия региона. Муниципалитет только содержит здания школ. Те 12 миллионов рублей, которых не хватает на малокомплектные школы — это недостаток областных денег.
— Еще больше удивили: 12 миллионов рублей — это такие копейки в масштабах области! Неужели их нельзя найти?
— Мы не один такой район, которому должны. Я с Вами согласна, но мы живем в такое время.
— По-моему оно, это самое время, всегда было одинаковым: по крайней мере, я, отработав 15 лет журналистом, другого не помню — даже в тучные нефтедолларовые времена постоянно на что-то не хватало.
— Не говорите, школы стали закрывать лет шесть-семь назад. Раньше не закрывали. Может, и переживем его.
— Да, я помню, при Денине началось.
— Никто не говорит, что это хорошо и легко для детей и родителей. И автобусы ломаются. И водители имеют право заболеть. Поэтому администрация района очень и очень щепетильно подходит к решению этих вопросов. Это же дети. Это люди.
— Щепетильно — это хорошо. Но куда пойдут уволенные учителя?
— Дело в том, что мы эти вопросы отслеживаем. Там, где у нас есть вакансии, мы предлагаем. Но в полном объеме мы, естественно, не сможем обеспечить работой — тут говорить не о чем. Но где есть возможность предложить людям работу, мы предлагаем. Но есть пенсионеры…
— Как-то Вы это без особого оптимизма говорите.
— Какой тут оптимизм, если все равно сорок человек нельзя будет устроить.
— Несмотря на протесты людей, школы уже приходилось закрывать?
— В прошлом году закрыли два филиала — Душкинскую и Малотопальскую, хотя все люди были против. Однако закрыть все равно пришлось.
— Получается, что итоги всех этих опросов населения действительно носят исключительно рекомендательный характер?
— Да, люди по законодательству не должны оставаться в неведении. Им должно что-то предлагаться.
— Эвтаназию напоминает: мы вас убьем, но честно об этом предупреждаем — вы уж не обижайтесь на нас…
— Мы законы не пишем.

Александр КОВАЛЕВ

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.