,

Увидеть Сочи и не расстроиться

9

Почему наши курорты хороши, но еще долго будут уступать Турции и Египту

Репортер «ВлД» отправился в очередной отпуск на отечественный юг — в Адлерский район города-курорта Большой Сочи, на границу с Абхазией. В бархатный сезон.
Добровольно. Без особой поначалу радости, но с нескрываемым любопытством и с тайной мыслью
на будущее: теперь всегда, даже при коренном изменении ситуации в стране, можно будет заявить оголтелым «государственникам», что тоже поддержал отечественный курорт, потратив личные сбережения на его развитие. Впечатлений же оказалось даже больше, чем ожидалось.
И все разные, порой неожиданно приятные.

Об идее

Мысль поехать не в уже как бы привычную Турцию или Египет, а на «наш юг» родилась не сразу, в муках и вынужденно. Вначале доллар «подскочил», за ним инфляция в пляс пустилась, потом санкции подоспели. Неприятно «вишенкой на торте» стали странная ссора с товарищем Эрдоганом и подрыв нашего авиалайнера над Синаем. В итоге, свободные перелеты в обе «всероссийские здравницы» — не из Минска или Киева, а также в обход запретов Ростуризма — быстро оказались вне закона.

10

Кроме того, сентябрь хоть и называют «бархатным сезоном», как-то совсем не рассматривался в качестве месяца для «основного» отдыха (была еще двухнедельная культурно-просветительская поездка в Санкт-Петербург). В начале года и даже весной сентябрь казался недостижимо далеким — после долгой зимы в отпуск хотелось как можно быстрее. Чтобы «погреться». Ехать летом в жару из жары давно уже нет желания. Пришло оно с опытом и временем. Но чем можно заменить в середине-конце весны Египет, где почти круглый год можно купаться, было решительно непонятно.

В середине мая в одной из турфирм глаз зацепился за рекламу дешевого тура в Грецию — на последнюю декаду месяца. «Горящий» тур — решаться надо было быстро, так как на оформление визы требовалось еще дней десять. И все вроде устраивало. На нашу семью с завтраками и ужинами выходило чуть более 50 тысяч рублей. Поэтому я уже почти купил тот тур: уж больно убедительно и мила была девушка-менеджер. Не пугало даже то обстоятельство, что остров, на который нас хотели отправить, был первым на пути тогда еще сильного потока мигрантов с Ближнего Востока.

8

Меня авторитетно убедили, что туристический район и резервация с мигрантами находятся там, дескать, на приличном отдалении друг от друга. Но подтвердить или опровергнуть это, к счастью, у меня возможности не появилось. Не потратить впустую полсотни тысяч рублей помог известный интернет-портал о погоде. Он упорно выдавал на ближайшие недели — до середины июня — весьма прохладную погоду на выбранном отрезке греческого побережья и настойчиво предупреждал о «бодрящей» температуре морской воды.
Верить в это упорно не хотелось — мыслями я и жена уже нежились под теплым солнцем на лежаке у моря. Но здравый смысл, дополнительно основанный на быстром опросе знакомых и мониторинге туристических сайтов, благо, взял верх. Напрягло и то, что чем больше мы стали задавать менеджерам турагентства «наводящих» и явно неприятных для них вопросов, тем меньше они стремились с нами общаться. Поначалу ответы на письма по электронной почте приходили через несколько минут, потом — часов, а последние послания и вовсе остались без ответа.

По телефону похожая была история: ласковость и услужливость быстро сменились сухостью в общении и желанием быстрее положить трубку на том конце провода. Девушкам проще было пообщаться с новыми людьми, желающими отдохнуть, и кого-нибудь однозначно «зацепить», взять, так сказать, объемом, да еще, если повезет, и раскрутить на дорогой тур, нежели тратить время на нас, «дешевых» и сомневающихся — без всякой гарантии заработать свои стандартные 3-5 процентов комиссии с общей стоимости услуги.
Не скрою, мы с женой расстроились — так сильно хотелось в отпуск, хоть и понимали, что худа без добра не бывает. И тут мой племянник, который всего на три года младше, неожиданно предложил рассмотреть вариант Сочи. Ехать мы все равно собирались двумя семьями, но опускать руки окончательно не хотелось. Вспомнили о другом турагентстве и замечательной девушке Насте, которая уже отправляла племяша на отдых — без дурных последствий. И та будто ждала нас: да, говорит, есть хорошие предложения в Адлере, одном из административных районов Большого Сочи, на самой границе с Абхазией.
Бывшая Олимпийская деревня, ныне — по сути, город-отель «три звезды», недалеко от самого южного пляжа России — такое у него неофициальное название. А когда Настя цену назвала, мы и вовсе думали с родственником всего пять минут: ему за 13 дней отдыха на всю семью выходило 18 тысяч рублей, а мне в двухкомнатном номере (захотел пошиковать) — всего 23 тысячи. Правда, без питания, дороги и с первых чисел сентября: с июня и буквально до конца августа туроператор предлагал отдохнуть за деньги, в два, а то и в три раза большие.

7

Ехать же мы решили на личных машинах. Да, долго и тяжело — если с парой-тройкой остановок, водителю не спать, всем перекусывать по ходу движения, то выходило около 28 часов в пути. Но по стоимости проезда получалось не так дорого — туда и обратно примерно 10 тысяч рублей. Поезд тоже рассматривали, но он выходил, минимум, в полтора раза дороже, да и не хотелось ехать те же 30 часов в «замкнутом» пространстве, скорее всего, душном, не очень чистом, с загаженным и постоянно занятым туалетом. Самым удобным и быстрым был, конечно, самолет из Брянска. Но вся прелесть этого варианта быстро померкла, когда узнали стоимость перелета — от 25 до 30 тысяч на семью в одну сторону плюс дорогущее такси от аэропорта до отеля. Это еще 3-5 тысяч. Лететь из Москвы было дороже.
Но главное, имея на руках маленьких детей, мы просто не могли привязываться к авиа- или железнодорожным билетам на конкретные даты: мало ли что. Машина же дает ощущение мобильности — можно уже не привязываться к отелю и в любое время поехать туда, куда хочется — на экскурсии, за продуктами, просто выехать в центр Сочи и погулять.

4

О дороге

Предложите мне сейчас или спустя время снова поехать в Сочи на машине, и я крепко подумаю. Скорее всего, откажусь. Перед поездкой я прочитал массу отзывов и блогов на эту тему, узнал, как говорится, много «секретов», в частности, про особенности поджидавшего нас между Джубгой и Сочи трехсоткилометрового горного серпантина. Но, как оказалось, я даже на треть не представлял реального положения дел. Хотя опыт дальних вояжей, например, до Северной Пальмиры, есть. И дороги сами по себе до главного курорта страны почти везде отличные или хорошие. Но как же Юг не похож на Север!
Выехали мы в субботу, в начале седьмого утра. Достаточно быстро добрались до Орла, там немного покрутились. Через некоторое время оставили в стороне городок Елец, который, говорят, славится несметным количеством уникальных храмов, и миллионный Воронеж. Дорога просто радовала, отчего оптимизма только прибавлялось. Почему-то казалось, что на месте мы уже сможем быть, если поднажмем, вскоре после полуночи. Иначе говоря, даже о ночлеге думать не пришлось бы.

Такова волшебная сила ошибочного убеждения, исходящая от платных дорог. Да, если у нас в области их еще пока нет, то в других регионах они уже стали реальностью. По дороге на юг начинаются уже за Воронежом, на федеральной трассе М-4 «Дон». Стоимость — от 35 до 80 рублей за проезд по отрезкам протяженностью в среднем от 30 до 55 километров. Плату вносишь, если нет специального «транспондера» (абонемента на проезд), в специальных пунктах пропуска — хочешь банковской картой, хочешь наличными: в обоих случаях обслуживают быстро.

6

Как добропорядочный гражданин я исправно платил. Но выяснилось, что не все такие: на одном пункте наблюдал картину, как в отдельно выделенный коридор для обладателей транспондеров на скорости поочередно ворвались тонированная «девятка» и трехлитровый джип. Их водители, весело перекинувшись о чем-то с охранником, на газах проскочили через… закрытые шлагбаумы — те оказались мягкими, почти гуттаперчевыми, поэтому вреда машинам не причинили. А я-то боялся…

Тем не менее, покрытие на платных дорогах, и это радует, чаще прекрасное, редко — отличное, а иногда — сносное. Разрешенная скорость — 90 км/ч, и только на одном участке длиной около 20 километров — 110 км/ч. То есть фактически можно ехать с превышением на 19 км/ч. Прописанные в ПДД ограничения позволяют подобное. Но даже такой скорости для означенных дорог, имеющих преимущественно по две, а то и четыре полосы в каждую сторону, неоправданно мало. Чувствуешь себя на них «небесным тихоходом».
Не знаю, не ездил, но на европейских автобанах можно вроде бы развивать почти любую доступную твоей машине скорость. Но у нас, конечно, своя специфика — тут соглашусь с женой: дай нашим волю, особенно тем, что на тонированных моделях «Лады», на старых «европейцах» или мощных джипах носятся, и они будут устраивать самые настоящие показательные гонки. Ради интереса, чтобы погарцевать перед другими. Не обращая внимания ни на чью безопасность.

5

Такие кадры на всем пути в Сочи и обратно попадались постоянно. Есть ощущение, что их совсем не пугают штрафы за превышение скорости. Кто-то просто не к месту «смелый» и безбашенный, другие — мелкие мошенники: видел пару-тройку (а сколько не заметил) водителей, которые прикрывают от дорожных камер задний номер как бы выпавшим из багажника знаком аварийной остановки, а на передние номера в районе обозначения региона на одну из цифр наклеивают поперечную тонкую непрозрачную полоску. Камера-то номер нарушителя считает, но по базе «пробить» его уже не сможет.
А гаишники на платных трассах, которые могли бы этих аферистов прижать к ногтю, в основном, в населенных пунктах «кормятся». У скрытых за деревьями, поэтому появляющихся неожиданно знаков, ограничивающих скорость передвижения до 60 и даже до 40 км/ч.

На этом основании доморощенные лихачи, законопослушно минуя городки и поселки, без стеснения жмут по газам, неистово «подрезая» и требуя ослепляющими фарами дальнего света в одну секунду уступить им дорогу. Правда, со всеми ними мы потом непременно «встречались» в «пробках»: их они почему-то пока не научились перескакивать.

Отдельного упоминания заслуживает горный серпантин, начинающийся незадолго до Джубги, небольшого городка, представляющего собой одну большую автомобильную «пробку». Но вернемся к серпантину. Помните, в советское время по городам и весям колесили популярные в народе мотоциклетные шапито, где каскадеры устраивали на байках отчаянные «гонки по вертикали» (еще фильм такой был одноименный)? Именно такое ощущение возникает там, за 300 километров до Сочи и все ближе к нему, особенно в районе Туапсе. Там самый крутой и сложный серпантин протяженностью около 40 километров: невероятно высокие и крутые подъемы резко сменяются «уханьем» в почти отвесные бездны с нереально сложными и мало предсказуемыми поворотами даже не в 90, а во все 130-150 градусов.

Уши закладывает чище, чем в самолете. Голова тоже начинает болеть — сказывается недостаток воздуха на высоте, который вдобавок сильно разряжен. Тяжело и машинам, если у них не дизельные, а стандартные атмосферные моторы: с напряжением ревут, силятся, требуют повышенного расхода топлива, которое не в силах сжечь полностью. Ах, да, внимание! После бесконечных подъемов-спусков-поворотов оно окончательно притупляется. С некоторым изумлением то и дело ловишь себя на мысли: кто это только что выскочил на тебя из-за поворота и унесся вниз — благо, не по горному отвесу, а по асфальту. Он, к слову, хорош и изумителен, хотя еще лет пятнадцать назад, говорят, тут была одна лишь грунтовка. Но нынешнее качественное дорожное покрытие появилось почти полностью благодаря Олимпиаде.
Места для отдыха на серпантине в виде придорожных «карманов» предусмотрены повсеместно. Но туалетов и баков для мусора нет — все загажено. Остановились в одном таком — впечатлений массу получили. Я еще и «подарок» на кроссовке до самого отеля, не в силах понять, откуда странный запах, дотащил.

О «пробках»

Кстати, о «пробках». Все-таки в Клинцах или в Брянске мы сильно изнежены на этот счет. Не видим мы пока еще дома, к счастью, реально диких «пробок». Но во время сочинского вояжа я их прочувствовал с избытком: подобное видел только на МКАДе и питерском КАДе. Именно поэтому дорога до Сочи и растягивается на 28-30 часов чистого времени: заторы, за редким исключением не многокилометровые, встречаются в каждой области и почти у всех более-менее крупных населенных пунктов: Елец, воронежские Лосево и Богучар, ростовский Аксай и сам Ростов-на-Дону, краснодарские Джубга, Туапсе, Лоо, Лазаревское…

Под Ельцом, на обратном пути, на старой трассе М-4, мы уперлись в «пробку» из сотен фур (преимущественно почему-то только из них). Случилось это, когда, заглянув в смартфоне в не раз выручавший сервис «Яндекс. Карты», мы по дороге домой уходили от дикого затора, образующегося еще с лета, у ремонтируемого местного моста. Уйти-то ушли, но десять раз все равно пожалели: попав на сельскую окраину Ельца, с трудом за полтора часа выбрались в город, а потом на трассу до Орла: навигатор там бессилен, а местные жители будто нарочно, видя загоревших людей в машине, ведут тебя буквально козьими тропами. В то же время Лосево, которого опасались больше всего, мы проскочили обратно легко и быстро — с нескрываемым удивлением. Дело в том, что по дороге на курорт «дергались» в уже легендарной, как оказывается, лосевской «пробке» на первой-второй передачах больше двух часов, преодолев за это время, столь ценное для пути в целом, всего шесть километров.
Причем никакого ремонта или аварии там, перед Лосево — странном населенном пункте, вытянувшемся вдоль федеральной трассы, не было. Просто, как говорят специалисты, во всем виновато здешнее «узкое место». Что было там летом, в разгар сезона, страшно даже представить. Именно перед этой «пробкой», к слову, на обочине стоит издевательский огромный плакат от «Автодора»: «Конец платного участка дороги. Спасибо, что воспользовались!» При этом навигатор выдает два варианта объезда, но по факту обе дороги упираются в шлагбаумы, установленные на въездах на территории неких животноводческих предприятий, которые специализируются на выращивании австралийских бычков мясных пород, и огорожены колючей проволокой со всех сторон. Через их территорию охранники, явно чувствующие себя полубогами, никого не пропускают.
Чем радостно пользуются некие мутные личности, стоящие у обочины с рукотворными плакатами «Объезд Лосево! 300» Мы не стали пользоваться их «услугами», начитавшись предупреждений в Интернете: говорят, они ведут по таким буеракам, что подвеска молит о пощаде, а сам больше ничего ровным счетом не захочешь. Лучше бесплатно, медленно, но спокойно. Лосевский пробочный феномен породил и прорву придорожных торговцев, предлагающих через каждые 50 метров с бортов мини-фургонов стандартный набор: арбузы, домашнее сгущенное молоко, «авторскую» медовуху и подсолнечное масло. Разрешение Россельхознадзора на сгущенку (помнится, недавно он запретил ее «Рогачевский» стандарт) или акцизы на медовуху? О чем, вы, право…

1

Потеряв много времени на «великие стояния», вынуждены были нагонять его быстрой ездой до тех пор, пока глаза не начали слипаться. Не начать клевать носом за рулем помогали переговоры по обычной рации, продающейся в каждом магазине электроники: «Прием, я Первый! Второй, ты как там?» То и дело в ответ слышались незнакомые голоса — то мы «садились» на волны проезжавших мимо и попутно дальнобойщиков. И сразу же начиналось «вавилонское столпотворение» или, если ближе к нам, то «Одесский телефон» по Жванецкому: каждый говорил о своем, спрашивая кого-то, незнакомого другим, и в ответ слышал совершенно неожиданное. А когда на дороге стали мерещиться несуществующие собаки и прочие твари, мы поняли, что надо немедленно останавливаться — предел возможностей есть у любого организма: так и до беды недалеко.
О необходимости ночлега в дороге думали, конечно, еще дома. Даже искали не один день в Интернете разные варианты, но потом решили сориентироваться на месте. Но на месте не получилось. В паре гостиниц, в которые ткнулись, оказалось забито все под завязку, причем самые обычные номера стоили от 2500 рублей. А там уже и дети заснули, и жены, уморившись не на шутку, смирились — согласны были на все, только чтобы остановиться и прикрыть глаза хотя бы на пару часов, без бесконечных «мельканий» за окном. Приняли с племянником волевое решение заночевать в отеле «Придорожный» — так мы обозвали первую попавшуюся нам после часа ночи сносную заправку в уже утреннем разговоре по телефону с родителями, чтобы их попусту не нервировать.

Едва припарковались, тут же и отрубились. Проснувшись рано поутру — дымка не прошла, поежились и увидели рядом с собой еще пару десятков авто. Кто-то сидел и «думал» в соседних кустах, кто-то завтракал еще домашними припасами, расстелив скатерти-самобранки на багажниках. Картина маслом, в общем. Но лично нам не хватало кофе: заправка была не «сетевая», там был только кассир, которая пряталась за закрытым окошком с решеткой. Взяли курс на находившийся в десятке километров от нас Краснодар. Невкусно позавтракали, привели себя в порядок и снова залили полные баки уже на «сетевой» заправке. Если кому интересно, то в оба конца плюс вояжи по Сочи общей протяженностью (поездки в магазины, по достопримечательностям и прочее) примерно 500 километров, на топливо я потратил около 9500 рублей.

Об отеле

Жили мы, как я уже упомянул, в бывшей Олимпийской деревне, переоборудованной — это не реклама — в город-отель «Бархатные сезоны», стоящий в полутора километрах от границы с Абхазией. Он возник на месте бывшего совхоза, занимавшегося производством молока и выращиванием свиней. Все это снесли, селянам, кажется, выплатили компенсацию (но уехали далеко не все — перевоплотились в торговцев и обслуживающий персонал), затем построили несколько десятков пятиэтажных корпусов, похожих друг на друга, как участники марафона. Так на окраине Адлера возник внушительный по размерам жилой микрорайон, точнее, таковым он должен был стать после февраля-марта 2014-го.

Но качество строительства новых корпусов-домов, возведенных турецкими зодчими, оказалось настолько жутким, что продать в нем удалось лишь незначительное количество квартир и апартаментов. Первые же покупатели, которые не могут теперь от них избавиться, стали их живой антирекламой. Впрочем, если вас не пугают протекающие стыки стен и потолков (измотанный персонал постоянно на них жаловался) и прочие «сюрпризы», например, тончайшие стены между квартирами, можете смело обзавестись там недвижимостью. Вариантов и предложений масса. Цена вопроса — от 68 тысяч рублей за «квадрат». Но сам город-отель забит под завязку почти круглогодично. Зимой ему на руку играет относительно близкое расположение к дорогущему горнолыжному курорту Красная Поляна. Его еще называют тут без стеснения «Русской Швейцарией» — отдыхать и жить там могут себе позволить немногие, хотя и их, как мы убедились, съездив туда на денек, тоже немало. Даже на длиннющей парковке у здешнего элитного отеля «Мариотт», где уже сейчас стоимость номеров начинается от 16 тысяч рублей за сутки, не было свободных мест.

2

Не обошлось без проблем при заселении. В отеле, учитывая его масштаб, есть несколько стоек ресепшен. И везде, соответственно, работают разные по уровню порядочности сотрудники. На той, куда я завернул, несмотря на наличие у нас маленького ребенка и, как потом выяснилось, изначально имевшейся брони (наше турагентство предусмотрительно позаботилось о близком по возможности размещении нас у моря, но я как-то выпустил это из вида), нас чуть не поселили в самый удаленный от пляжа корпус. Заявили максимально вежливо и корректно, что мест ближе нет. А о том, что есть броня, ничего не сказали. Но племянник, приехав в отель немного раньше и зайдя на другую стойку ресепшен, получил на всех предназначенные именно для нас номера. Зато сразу порадовала огороженная и охраняемая территория. Она огромна — не в пример большинству отечественных отелей. Есть, где «дышать». Много детских площадок, парковок, магазинчиков, кафе. И пустырей, засаженных пальмами и другой необычной тропической растительностью. На одном должен был появиться детсад, на другом, кажется, школа. Почему не появились — перечитайте прежний абзац.

Все это великолепие нужно постоянно поливать, поэтому автоматические поливалки-разбрызгиватели работают постоянно и повсюду. На протяжении светового дня подстригают и траву. Первое утро после приезда, венчавшего невероятно тяжело давшуюся дорогу, запомнилось диким по громкости и пронзительности стрекотом ручного триммера, который безбашенный рабочий долго и настойчиво пытался завести под нашими окнами. Не выспавшийся толком, с тяжелой головой я открыл окно и спустил всех возможных полканов на этого неразумного трудягу. Он пытался оправдываться, что именно в этом месте от него начальство требует подстричь траву, но больше, в последующие дни, нас столь своеобразно не будили. Выяснилось, что по утрам траву можно стричь и на удалении от жилых корпусов. На курортах Египта и Турции до этого, подтверждаю, додумались значительно раньше.

Большая отельная территория с запускаемым на нее повсеместно автотранспортом отдыхающих таит в себе и другую неприятность (при несомненном удобстве в целом): одна девица на японской малолитражке упорно не хотела замечать дорожный знак «Пешеходная зона» и гоняла по узким проездам между домами на приличной скорости. Удивляюсь, как он не сбила кого-то из детей. Впрочем, хватало и мужиков-гонщиков: приехали на отдых, а расслабиться не успели. На иностранных приморских курортах тоже есть автотранспорт местных граждан, но его дальше определенной «черты» не пускают.

О пляже

3

«Бархатные сезоны» имеют собственный благоустроенный пляж, именуемый «Самым южным». Он протянулся внизу современной пятикилометровой набережной, которая убегает к Олимпийскому парку. Его собственная длина почти 600 метров. Пляж галечный, такое ощущение, что постоянно обновляемый: крупную, выхолощенную морем гальку отдыхающие увозят домой большими сумками для СПА-процедур. Не стали исключением и мы.
Порадовало и море — никогда не предполагал, что на нашем юге оно может быть в сентябре в буквальном смысле парным.

Ну, еще и чистым. Дома нас нещадно пугали, что городская канализация на нашем юге сливается в море без очистки, нередко рядом с пляжами. Ничего такого в месте, где отдыхали, мы не заметили. А вот те, кто одновременно с нами и в августе поехали в Крым, действительно жаловались на все перечисленное. Их отпуск с детьми оказался испорченным: две семьи еще и в инфекционной больнице полежали.
На нашем пляже были простые, но удобные летние душевые, кабинки для переодевания. Бесплатные туалеты только в кафе, выше — не везде пускают просто так, и есть пара платных, приютившихся между многочисленными магазинчиками из стекла. Пляжные полотенца не выдают, приходилось тащить обычные банные из номера — это не разрешено, но и никем строго не контролируется. Лежаки, навесы, пляжные качели в виде милых диванчиков — все платно, от 200 рублей на день или в час, в зависимости от вида заказанного «гаджета». Касса, само собой, серая, поэтому пару раз удавалось договориться о хороших «скидках» и даже бесплатно воспользоваться качелями: утомленные пивом и солнцем надсмотрщики за лето накопили приличный жирок, и в сентябре они уже не столь строги.

На пляже постоянно присутствовали спасатели, из-за чего там поддерживается определенный сносный порядок: пьяные не лезут в воду, храбрецов возвращают быстро из-за буйков, в шторм или сильно ветреную погоду вообще всем запрещают купаться. То и дело доносилось с вышки: «Мужчина, непонятливый вы наш, сейчас точно буду выражаться матом! Ну, сколько вам еще раз сказать, что на берег вы можете и не вернуться?!» Однако ограничения заканчиваются за натянутой поперек пляжа веревкой с флажками, за которой начинается «дикий пляж». В принципе, он ничем не отличается от официального, разве что где-то рядом в море впадает небольшая речка, протекающая через весь город-отель и загнанная в бетонное русло, и народа заметно меньше.
Впрочем, меньше — неправильно я выразился. Люди лежали практически впритык друг к другу. Но летом, как рассказали, было вообще бедствие: многие вынуждены были загорать стоя и на длинном бетонном отбойнике. Таков наш человек.

О питании

Оно, товарищи, ужасное. И дорогое. Мы не стали, вняв отзывам знакомых, уже отдохнувших в Сочи вообще и в «Сезонах» в частности, заказывать питание вместе с проживанием. И поступили благоразумно. На территории отеля есть две большие столовые — «Шатер» и «Павильон». Если бы мы забронировали в них завтраки, обеды и ужины заранее, то в день вышло бы на человека 350, 550 и 450 рублей соответственно. Причем ничего шикарного или даже достойного за эти деньги не предлагается: например, на завтрак — жидкая кашка, кусочек сыра, маленькая сосиска, чай или компот. Покупать на месте куда дешевле, хотя качество еды и наступающая от нее «сытость» остаются без изменений — скромно и то, и другое. Чуть дешевле, но тоже накладно, питаться за воротами отеля: там кафе под видом столовых еще больше — на каждом углу.

Однако супы, щи и борщи — девчонки на раздаче этого не скрывают, если негромко поинтересоваться — все приготовлены из сухих концентратов. Котлеты детсадовского размера, гарниры искусно размазаны по тарелкам, при этом цены на них начинаются от 50 рублей. Самая дорогая почему-то брокколи — 120 рублей за 100 граммов. «Кусается» и рыба: поджаренный небольшой кусочек горбуши затягивает на 350-400 рублей, с треской или хеком — дела не лучше. Местный рыбный деликатес — барабульку — можно купить в магазинах в копченом виде тоже везде, но по цене от полутора тысяч за килограмм. Оттого две недели я проходил голодным. Жена крепилась, но не признавалась. Спрашивали насчет питания у как бы более счастливых и обеспеченных отдыхающих, поселившихся в соседнем четырехзвездочном отеле, но хороших отзывов и от них не услышали. Да, подтверждали они, у нас «шведский стол», но сравнение с гостиницами Египта или Турции по разнообразию, вкусу, порциям и питательности было не в его пользу.

Особняком стояли молоко и кефир — если брать в магазине, то от 70-80 рублей за «неполный» литр. Но вкусны они, надо отдать должное краснодарским производителям молочных продуктов, неимоверно! Сразу чувствуешь разницу между нашей «молочкой», явно сделанной из порошка, и здешней, даже если покупаешь наименования известных глобальных брендов: ложка стоит в сметане уже 15-процентной жирности. Приятные воспоминания оставили и сыры — брынза и «Адыгейский»: те, что делаются в Стародубе, Севске или Брасово, извините, и рядом не лежали.

Покормившись дня три в столовых, пока не осмотрелись, мы поняли, что по финансам не вытянем даже такой, достаточно бюджетный отдых. И стали вынужденно компоновать его с готовкой еды в номере: от завтраков на стороне полностью отказались, от обедов и ужинов — частично, в значительной степени перейдя на сосиски и сардельки с гречкой, макаронами и рисом. Благо, как чувствовали, взяли с собой мультиварку, фильтр для воды, электрочайник и кофе-машину. Несколько раз пришлось съездить в центр Адлера и закупить продукты в супермаркетах. С ними также не все однозначно. Некоторые располагаются в крупных торговых центрах, и парковки там… платные — от 50 рублей за час: в Сочи даже на этом делают деньги. Одна радость — цены в таких магазинах почти не отличаются в сторону увеличения от наших, а бывает, что и меньше. Но с нормальными фруктами и овощами беда и там — дорогие и незрелые. Покупать их на дорогом Сочинском рынке или с лотков в курортном районе — быстро разоришься.

Некоторая альтернатива — Казачий рынок, до Олимпиады находившийся на границе с Абхазией и славившийся не только своей доступностью, но и приличным выбором специй, сухофруктов, меда и чая. Теперь он находится на Урожайной улице, совсем бюджетным в прежнем понимании быть перестал. Скромным и однообразным стал и ассортимент. Но тут можно купить безродное красное вино в полуторалитровых пластиковых бутылках. Пробовать дают всем: к десятой дегустационной пластиковой рюмашке разницу чувствовать перестаешь, зато хочется купить все и сразу. Племянник повелся — получил ощутимый дисконт, но потом жаловался на жуткое похмелье: «Такое ощущение, что туда спирт плохого качества щедро добавляют».

Разливное молодое вино продают (до 11 вечера) и на территории отеля — оно дороже, качество также среднее, но хотя бы известно, где сделано. Я предпочитал покупать «лекарство Дионисия» в бутылках, причем в больших магазинах, но тоже до определенного момента. Во-первых, сложно найти краснодарское вино (как, замечу, и крымское), чтобы оно было сделано не из «сухого виноматериала» или «виноградного сусла». Во-вторых, уж больно оно терпкое. Что тоже, наверное, не совсем правильно. А полусладкого вина, которое я считаю неестественным, но его было предостаточно, не хотелось: сахар могу и сам в чашку-бокал насыпать. Многие по возвращении спрашивают меня про другой южный крепкий напиток — чачу. Видел, но покупать и тем более затариваться домой ею не стал. Предлагают чачу «в пластике» из-под любой полы — на улице, у пляжа — от 400-500 рублей за литр, но что она собой представляет, непонятно. Здоровье дороже.

О сочинцах

Они разные. Но сочинцев, любящих туристов, мало. Мы приносим им деньги — нас они воспринимают сугубо утилитарно и одномоментно, не думая о том, захотим мы сюда вернуться или нет. Не раз мне приходилось не только за спиной, но и в лицо за эти две недели слышать: «Понаехали тут! Ни машину спокойно заправить, ни в магазине ничего без очереди по нормальным ценам не купить!»
Как с туриста сорвать с тебя лишний куш не прочь и в Египте с Турцией — и там барыг хватает. Но здесь их просто какое-то невероятное число, кажется, что даже разговаривать с тобой бесплатно никто не хочет. Водораздел «местные-приехавшие» четко соблюдается: в кафе на сочинской набережной достаточно спокойно заявить, что «сам отсюда» и пришел со своим вином, и тебе без вопросов принесут бокалы — туристам такая вольность непозволительна.

Отдельный разговор о местных водителях. Им неведомо взаимное уважение ни к землякам, ни к иногородним автомобилистам. Только последние включают «поворотники» или благодарят уступчивых коллег одно-, двукратным миганием «аварийки». И не дай бог, если рядом будет ехать джигит из соседней Абхазии, как правило, на джипе. Этих оголтелых индивидов сторонятся и сами сочинцы: с места ДТП они уезжают без разговоров, с второстепенной дороги вылетают на главную, не снижая скорости и не смотря по сторонам, а в общем потоке дерзки и любят показать из окна пистолет.

Об Абхазии

Нельзя не сказать о ней несколько слов. В пользу принятия окончательного решения поехать в Сочи на машине сыграло и желание посетить соседнюю Абхазию. Ее «жемчужины» — высокогорное озеро Рица, монастырь Новый Афон. Знаю немало семей, которые стремятся на отдых только в Абхазию, не признавая ничего другого. Что-то же их туда тянет…

Но, оказавшись на месте, мы отложили поездку в Абхазию на конец отпуска. К концу второй недели синоптики как раз обещали похолодание и небольшой дождь. Энтузиазма поубавили и многочисленные отзывы местных — торговцев, спасателей на пляже, завхоза в отеле. Никто не советовал нам ехать в Абхазию в здравом уме, ссылаясь на то, что сами были всего раз или два, да и то давно, но больше желания нет: мол, совершенно дикий край, где вообще не соблюдаются никакие законы, а машины угоняются и обчищаются на «раз-два». Уважают в Абхазии, дескать, только российских пограничников и сотрудников спецслужб, которые оберегают ее от более сильного соседа. Всех остальных иногородних там за людей не считают. Хотя почти все жители анклава имеют российские паспорта, получая от нашей страны пенсии и социальные пособия.

Кроме того, на дорогах полно гаишников, которые поставлены не правонарушения предупреждать, а заниматься откровенным дорожным рэкетом. Этому способствуют узкие горные дороги, полосы на которых разделены сплошной чертой — пересекаешь ее и сразу же попадаешь на лишение прав. А не пересечь очень трудно: много, где на проезжей части вальяжно лежат коровы, которых никто не сгоняет. Соответственно, чуть поодаль стоит наряд местной Госавтоинспекции с направленной на всех водителей видеокамерой. И никакие ссылки на корову не принимаются. Но все возможно, за давно установленную фиксированную мзду, решить на месте, быстро и без нервов. Взяткой это здесь не считается — скорее, некоей формой материального уважения к сотрудникам правопорядка и их нелегкому труду.

Мы, само собой, ко всему рассказанному отнеслись критически: болтать могут разное, но нужно лично убедиться. Зря не послушали… Впрочем, нас с женой и дочкой развернули еще на российском таможенном посту — забыли по недомыслию захватить свидетельство о рождении ребенка. Документ без фотографии, но не важно, что оба родителя в машине: без него малышку через границу отказались пропускать. Племянник же с женой и двумя маленькими дочками, отстояв больше часа в «пробке», в Абхазию попал. Поехал сразу в Новый Афон. Но увидел его только издалека: у подножия горы, где располагается обитель, с родственника некое небритое существо потребовало 150 рублей за парковку: «Я тут за всем смотрю — плати!» Племянник из принципа отказался, разразился скандал. Проходивший мимо милиционер помогать отказался, посоветовав тоже заплатить.

– Но самое обидное, что я на той «парковке» был не единственный россиянин — рядом стояли около 40 машин из разных регионов, — позже, не скрывая злости на соотечественников, делился племянник, — и никто, никто из водителей не дернулся помочь, вступиться. Наоборот, многие достали смартфоны и стали с удовольствием снимать нашу перепалку, которая в любой момент грозила перерасти в нечто большее.
Неприятность поджидала родственника и на обратном пути. Честно отстояв на абхазской таможне уже в трехчасовой очереди, он не смог во время совершения дорожного маневра вернуться в свой поток до завершения прерывистой черты. Нарушение было формальным. Но тут же на старом «Мерседесе» подскочил борзый гаишник-лейтенант и отобрал водительские права: «На посту заберешь!» Но делом это оказалось непростым: шесть мордоворотов, обступив племянника, открыто потребовали от него гешефт. Он «не прогнулся», но сказал, что в Абхазию больше ни ногой.

О Сочи

Город преобразился до неузнаваемости. Хоть ночи в нем по-прежнему темные. И нерешенной осталась проблема парковки автотранспорта. Но построена куча автомобильных развязок, в том числе скоростных, а дома в частном секторе, что смотрят на главные улицы, отремонтированы в едином ключе за счет бюджета, набережные и бульвары приведены в порядок, появился собственный высотный деловой центр. И что немаловажно, все это поддерживается в приличном состоянии. Пока, по крайней мере.
Местные знакомые рассказали, что уже начались сокращения среди персонала в Олимпийском парке и на заводе по производству бетона и металлоконструкций — огромные бюджетные заказы почти закончились. Производства вроде сворачиваются одно за другим, зарплаты возвращаются к доолимпийскому уровню, но общий экономический кризис никто не отменил. Как и высокие цены: будто все тут получают в евро. Совсем на произвол судьбы, уверены местные, Путин Сочи, конечно, не бросит.

Но понять, что в ближайшем будущем им и городу, растянувшемуся вдоль побережья на 130 километров (против 100 в СССР), нужно будет срочно научиться жить и зарабатывать самостоятельно, без государственных подачек, они отказываются. В большинстве своем. Они уверены, что излишне заставлять себя любить и уважать приезжих в общемировом смысле. Они не сомневаются, что турист как ехал, так и будет ехать: в этом году Сочи ожидает встретить пять миллионов человек. И ничто не может их поколебать в этой уверенности. Пусть статистика и говорит об обратной динамике: в 2016 году главный черноморский курорт России выпал из пятерки отечественных городов, сохранивших или увеличивших туристический поток. Вполне предсказуемо, считаю.

Александр ЧЕРНОВ, фото автора

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.